Эта статья появилась в Independent в приложении «Обзор Искусства и книг» сегодня.
Muse: «Мы сдули их всех со сцены»
Некогда немодные Muse взломали большое время – и они не намеревались быть скромными. Alexia Loundras связалась с ними в дороге.
Опубликовано: 15 сентября 2006
«Проблема с Дэвидом Иком,»- объявил Мэтт Беллами, «что он склонился к копанию ямы для себя и стал похожим на ящериц». Фронтмен Muse встряхивает головой. «Вы знаете, мне интересны также некоторые неистовые вещи, но Вы попробуйте поговорить об идеях, которые, возможно, не сумасшедшие, иначе Вы только закончите обесценивать все, что Вы говорите».
Певец могущественен перед мултимиллионно продаваемыми группами, но он может легко сочувствовать со спортивным интересом Мессии. Беллами хорошо показал привязанность, как говорится, к альтернативной мысли. Певец защищается от пресмыкающихся заявлений Ика, который верит в теорию заговора, такой как, что 11 сентября была внутренняя работа, и фанат писателя Захарии Ситченова- кто утверждал, что люди – это генетическая смесь инопланетянина с обезьяной. Такое мнение Беллами маркирует как научно-фантастическое чудачество. Но, как участник Muse больше десятка лет, к некоторым насмешкам он привык.
В течении долгого времени Muse были чем-то вроде средней школы, не подходящей для мира музыки. Когда они осуществили свой дебют "Showbiz"(1999), они были восприняты как противостояние Radiohead. Тогда, когда они вернулись с Origins Of Symmetry(2001), который добавил квазиклассический расцвет их развернувшейся славе, они были обвинены в том, что они претенциозны и самодовольны. Но их прорыв – третий альбом Absolution (2003) вынудил критиков передумать.
Absolution был открытием для каждого, кто описывал группу как консерваторов космического пространства и подростков-готов. С этим захватывающим сплавом бурного рока и псевдо-Бароккового величия альбом доказал, что части окончательно заняли своё место. Сейчас, со следующим июльским альбомом Black Holes And Revelations, они взошли на порядок выше. Даже более смелый, чем предыдущий, альбом номер четыре находят сильнее, более интуитивным у Muse, исследующих новые темы и это дало довольно дорогое место в списке Mercury Prize.
Прямо сейчас, тем не менее Беллами хочет в большую горячую ванну надолго. Команда проводит день в записи трёх треков для новых серий Channel 4 – Live At Abbey Road – и напряжение достигает гипероживлённого представления на молчаливых джунглях кабелей и микрофонной стойке, которые занимают большую часть жизни обычно энергичного фронт-мена.
Устроившаяся в солнечной лесистой местности Studio One, группа проигрывает кратко каждую песню, только чтобы быть уверенными, что каждая вокальная партия и каждый увеличитель движения раздражения звучат идеально. Из комнаты контроля, похожей на космический корабль, возбуждённый продюсер постоянно звонит, чтобы громкость делали больше, так, чтобы он мог наслаждаться полными разрывающими уши эффектами рифами беспроводной гитары Мэтта. Это похоже на то, как адреналин течёт в их венах с прошлой ночи.
Только 16 часов назад группа бурно выступила на бис из-за задержки конца выступления на Reading and Leeds Festivals перед мощной 60000 толпой в Лидсе. Ночью до этого они дали такой же захватывающий дух заглавный сет на Reading, который NME позже назвал «выступлением миллениума». Это могло быть чрезмерно похоже на гиперболу, но факт таков, что, когда Muse вышли на сцену после Arctic Monkeys, они сделали Шеффилд, что сравнимо с тем, будто выступали малыши. «Мы сдули со сцены всех остальных», сказал озорной барабанщик Muse Доминик Ховард с победным блеском в его усталых глазах. Это потребует больше, чем несколько бессонных ночей и день в телевизионной студии, чтобы сдержать гул с достижений выходных.
Так, покорившаяся звёздам молодёжь создала их ежегодное рок - паломничество из солнечного приморского городка Teignmouth в Reading рок-Мекку, к которой мечтала стремиться группа, чтобы прорваться в хэдлайн. «Одну вещь я говорил всегда,» - продолжает Ховард, «когда ты главный на Reading, ты знаешь, что ты сделаешь». Он ухмыляется. «Так, мы сделаем это сейчас?», он спросил. «Может быть».
Видимо, подняв щекотливую тему, он взрывается смехом. «Я не знаю, возглавление Reading было толко что так сюрреалистично,» сказал он, не решаясь философствовать. «Когда бы мы ни играли на фестивалях, чувствовалось как большинство людей не знает, кто мы. Но похоже, мы сделали хорошую работу. К концу нашего сета стало ясно, что им понравилось то, что мы делали. Это было похоже на то, что мы выиграли у этих людей. И эти эмоции великолепны.»
По сравнению с быстрым взлётом Arctic Monkeys, Muse были черепахами музыкальной индустрии. Однако их медленный, но верный подход окупился. Из их дней в Teignmouth они всегда были неудачниками: «Мы были детьми в городе, что замыкался в круг,» говорит Ховард. «Мы выглядели отличными от других, участвовали в драках и обычно ненавидели город, потому что мы чувствовали свою особенность».
Но, далеко от попыток прорваться, Muse упивались их статусом аутсайдеров. "Создание музыки никогда не было смешением с модными тенденциями или попыткой быть частью чего-нибудь," объясняет любезный бас-гитарист группы, Крис Вольстенхолм. "Мы никогда не мечтали об адаптации, что мы делали, чтобы попытаться сойтись с кем-либо еще."
Придерживаясь их кричащего арпеджиового оружия, пока испорченные и даже тяжелые риффовые группы как The Strokes и Franz Ferdinand пересматривали музыкальную среду, означало, что Muse никогда не будут очень крутыми. Тем не менее, существование вне проверки объектива СМИ говорило о том, что Muse имели кое-что, чем немногие группы в последнее время наслаждались: время, чтобы развиться.
"Это всегда было по-настоящему важным для нас – чувствовать, как мы двигаем наши границы признания в некотором роде, " говорит Ховард. "Но на этом альбоме всё о том, как мы изменились. Как мы взаимодействовали друг с другом, как мы играли вместе, как мы говорили о музыке – это всё заставило нас измениться. "
Два лета назад Muse сделали зажигательное действие на Glastonbury. Но группа перенесла трагедию из-за того, что должно было быть триумфальной ночью, когда отец Ховарда умер от внезапного сердечного приступа после того, как группа выступила на сцене Glastonbury. Однако, никогда ни один не дрогнул перед лицом беды, товарищи по группе сплотились и новая искренность не была подделкой между ними. "Как мы общались друг с другом, точно стали более позитивными," говорит Ховард. "Эта страшная неожиданность, которая должна была случиться, вдохновила на нечто такое рассудительное, но такова жизнь."
Находя силу в их новой связи, команда продолжила их интенсивный продолжительный годовой тур в поддержку Absolution. Как только они закончили их изнурительный график, не было существенным то, что Беллами убежал, чтобы жить в Милане с его итальянской подругой, оставляя Ховарда в Лондоне и трёхдетного отца Вольстенхольма в Девоне. Хотя, географически, трое друзей никогда не были так далеко врозь,но как группа, они никогда не были ближе. И для Muse это значило, что у них есть вера для создания музыки, что было больше и смелее.
«За эти годы мы отбросили обилие идей в сторону, думая, что они плохи, что они тупы или просто недостаточны для рока,» объясняет Беллами. «Но когда мы пришли писать Black Holes And Revelations, никакая из этих вещей не уже не казалась важна. Мы стремились к цели, когда мы только не боялись делать что-нибудь.»
Black Holes And Revelations – наиболее независимо честный альбом Muse до настоящего времени. Лиричный Беллами оставил свою охрану и впервые адские муки осторожных историй, вдохновлённые его с жаром сдерживаемые убеждения легли в ряд с мучительной, искренней песней о любви: «Это – первый раз, когда я сумел вложить эти вещи в музыку,» он говорит с гордостью. Охотнее, чем чувствовалось под грузом успеха Absolution, это выглядело их освобождением. «Мы действительно хотели сделать этот альбом отличительным для нас,» говорит Ховард. «Независимо от того, что мы делаем – любое из двух только: вырабатывает звук гитары или подготавливает цельную структуру песни – мы хотели сделать это как можно более экстремальным.»
Black Holes And Revelations – звук группы, ‘опускающий их волосы’ и для начала действительно немного веселиться. «Грязное подобие Принцу (первый альбомный сингл) - 'Supermassive Black Hole', определённо удивил людей,» говорит Беллами радостно. «Это было настолько весело. Эту сторону группы мы не могли взять в первых трёх альбомах: наше стеснение вокруг и постоянный смех.»
Фактически, Muse не строгие, поглаживающие бороду представители славы. Когда очаровательный Беллами подчёркивает самопровозглашённые «неистовые» утверждения с заразным, похожим на гиену, смехом, он доказывает, что группа обладает ироничным самосознанием. «Мы действительно не относимся к себе так серьёзно, как люди думают,» он посмеивается.
Не то чтобы они не хотят использовать это восприятие как их преимущество. В Нью-Йорке недавно они добились для себя захватывающий день в вертолёте по городу после того, как они убедили их лейбл, что астероид должен был упасть в Атлантику в этот день, и что Манхеттен может затопить последующим цунами. «Части кометы пропали в космосе,» говорит Беллами, «и когда я читал о вероятности этого падения на Землю, я подумал: это может создать катастрофу. Но я должен признать,» он продолжает, делая шаловливую улыбку, «я рассматривал несколько подобных дней.»
Muse всегда принимают их доводы за нелепость. «Наши лучшие песни всегда звучали несколько смешными,» говорит Вольстенхольм. «Песни, где мы не имели опасений, выглядят концом вершины. Мы никогда не теряли того бесстрашия и сейчас кажется, что мы заработали немного уважения для этого.» Он прав: несколько открытый разум вызывает уважение смелых амбиций Black Holes And Revelations, но сдавшийся Muse сверхцветной мир хорошо вознаграждён.
В текущем климате поддельные действия подписаны, потому что они звучат как последняя большая вещь, Muse могут стать любимчиками. Команда нашла успех и, недавно, вероятно с компромиссом их музыки или их идей. Люди уже не сравнивают Muse с Radiohead. Как Ховард говорит: «Никто ещё не делает музыку как мы и мы не делаем музыку как кто-то ещё.»
«Мы не достигли вершины рано с этой группой,» он продолжает. «Это всегда было медленное, постоянное развитие. Но это чувствуется, как мы всегда шагаем вверх и продвигаемся. Я всегда радовался за существование на краю мейнстрима. Но я счастливее, чем когда-либо теперь.»
Muse могут доказать свой заслуженный хедлайн любых фестивалей и выиграть критику, но одна вещь не изменилась с их дней в Teignmouth. «Мы – всё ещё аутсайдеры,» Беллами соглашается, с его привычной уверенностью. «И это заставляет чувствовать нас свою абсолютную неприкосновенность.»
'Black Holes And Revelations' и сингл 'Starlight' вышли сейчас на WEA; тур группы по Великобритании назначен на ноябрь.
Перевод (источник): http://joinmuse.ru/forum/index.php?topic=3938.0
Muse: «Мы сдули их всех со сцены»
Некогда немодные Muse взломали большое время – и они не намеревались быть скромными. Alexia Loundras связалась с ними в дороге.
Опубликовано: 15 сентября 2006
«Проблема с Дэвидом Иком,»- объявил Мэтт Беллами, «что он склонился к копанию ямы для себя и стал похожим на ящериц». Фронтмен Muse встряхивает головой. «Вы знаете, мне интересны также некоторые неистовые вещи, но Вы попробуйте поговорить об идеях, которые, возможно, не сумасшедшие, иначе Вы только закончите обесценивать все, что Вы говорите».
Певец могущественен перед мултимиллионно продаваемыми группами, но он может легко сочувствовать со спортивным интересом Мессии. Беллами хорошо показал привязанность, как говорится, к альтернативной мысли. Певец защищается от пресмыкающихся заявлений Ика, который верит в теорию заговора, такой как, что 11 сентября была внутренняя работа, и фанат писателя Захарии Ситченова- кто утверждал, что люди – это генетическая смесь инопланетянина с обезьяной. Такое мнение Беллами маркирует как научно-фантастическое чудачество. Но, как участник Muse больше десятка лет, к некоторым насмешкам он привык.
В течении долгого времени Muse были чем-то вроде средней школы, не подходящей для мира музыки. Когда они осуществили свой дебют "Showbiz"(1999), они были восприняты как противостояние Radiohead. Тогда, когда они вернулись с Origins Of Symmetry(2001), который добавил квазиклассический расцвет их развернувшейся славе, они были обвинены в том, что они претенциозны и самодовольны. Но их прорыв – третий альбом Absolution (2003) вынудил критиков передумать.
Absolution был открытием для каждого, кто описывал группу как консерваторов космического пространства и подростков-готов. С этим захватывающим сплавом бурного рока и псевдо-Бароккового величия альбом доказал, что части окончательно заняли своё место. Сейчас, со следующим июльским альбомом Black Holes And Revelations, они взошли на порядок выше. Даже более смелый, чем предыдущий, альбом номер четыре находят сильнее, более интуитивным у Muse, исследующих новые темы и это дало довольно дорогое место в списке Mercury Prize.
Прямо сейчас, тем не менее Беллами хочет в большую горячую ванну надолго. Команда проводит день в записи трёх треков для новых серий Channel 4 – Live At Abbey Road – и напряжение достигает гипероживлённого представления на молчаливых джунглях кабелей и микрофонной стойке, которые занимают большую часть жизни обычно энергичного фронт-мена.
Устроившаяся в солнечной лесистой местности Studio One, группа проигрывает кратко каждую песню, только чтобы быть уверенными, что каждая вокальная партия и каждый увеличитель движения раздражения звучат идеально. Из комнаты контроля, похожей на космический корабль, возбуждённый продюсер постоянно звонит, чтобы громкость делали больше, так, чтобы он мог наслаждаться полными разрывающими уши эффектами рифами беспроводной гитары Мэтта. Это похоже на то, как адреналин течёт в их венах с прошлой ночи.
Только 16 часов назад группа бурно выступила на бис из-за задержки конца выступления на Reading and Leeds Festivals перед мощной 60000 толпой в Лидсе. Ночью до этого они дали такой же захватывающий дух заглавный сет на Reading, который NME позже назвал «выступлением миллениума». Это могло быть чрезмерно похоже на гиперболу, но факт таков, что, когда Muse вышли на сцену после Arctic Monkeys, они сделали Шеффилд, что сравнимо с тем, будто выступали малыши. «Мы сдули со сцены всех остальных», сказал озорной барабанщик Muse Доминик Ховард с победным блеском в его усталых глазах. Это потребует больше, чем несколько бессонных ночей и день в телевизионной студии, чтобы сдержать гул с достижений выходных.
Так, покорившаяся звёздам молодёжь создала их ежегодное рок - паломничество из солнечного приморского городка Teignmouth в Reading рок-Мекку, к которой мечтала стремиться группа, чтобы прорваться в хэдлайн. «Одну вещь я говорил всегда,» - продолжает Ховард, «когда ты главный на Reading, ты знаешь, что ты сделаешь». Он ухмыляется. «Так, мы сделаем это сейчас?», он спросил. «Может быть».
Видимо, подняв щекотливую тему, он взрывается смехом. «Я не знаю, возглавление Reading было толко что так сюрреалистично,» сказал он, не решаясь философствовать. «Когда бы мы ни играли на фестивалях, чувствовалось как большинство людей не знает, кто мы. Но похоже, мы сделали хорошую работу. К концу нашего сета стало ясно, что им понравилось то, что мы делали. Это было похоже на то, что мы выиграли у этих людей. И эти эмоции великолепны.»
По сравнению с быстрым взлётом Arctic Monkeys, Muse были черепахами музыкальной индустрии. Однако их медленный, но верный подход окупился. Из их дней в Teignmouth они всегда были неудачниками: «Мы были детьми в городе, что замыкался в круг,» говорит Ховард. «Мы выглядели отличными от других, участвовали в драках и обычно ненавидели город, потому что мы чувствовали свою особенность».
Но, далеко от попыток прорваться, Muse упивались их статусом аутсайдеров. "Создание музыки никогда не было смешением с модными тенденциями или попыткой быть частью чего-нибудь," объясняет любезный бас-гитарист группы, Крис Вольстенхолм. "Мы никогда не мечтали об адаптации, что мы делали, чтобы попытаться сойтись с кем-либо еще."
Придерживаясь их кричащего арпеджиового оружия, пока испорченные и даже тяжелые риффовые группы как The Strokes и Franz Ferdinand пересматривали музыкальную среду, означало, что Muse никогда не будут очень крутыми. Тем не менее, существование вне проверки объектива СМИ говорило о том, что Muse имели кое-что, чем немногие группы в последнее время наслаждались: время, чтобы развиться.
"Это всегда было по-настоящему важным для нас – чувствовать, как мы двигаем наши границы признания в некотором роде, " говорит Ховард. "Но на этом альбоме всё о том, как мы изменились. Как мы взаимодействовали друг с другом, как мы играли вместе, как мы говорили о музыке – это всё заставило нас измениться. "
Два лета назад Muse сделали зажигательное действие на Glastonbury. Но группа перенесла трагедию из-за того, что должно было быть триумфальной ночью, когда отец Ховарда умер от внезапного сердечного приступа после того, как группа выступила на сцене Glastonbury. Однако, никогда ни один не дрогнул перед лицом беды, товарищи по группе сплотились и новая искренность не была подделкой между ними. "Как мы общались друг с другом, точно стали более позитивными," говорит Ховард. "Эта страшная неожиданность, которая должна была случиться, вдохновила на нечто такое рассудительное, но такова жизнь."
Находя силу в их новой связи, команда продолжила их интенсивный продолжительный годовой тур в поддержку Absolution. Как только они закончили их изнурительный график, не было существенным то, что Беллами убежал, чтобы жить в Милане с его итальянской подругой, оставляя Ховарда в Лондоне и трёхдетного отца Вольстенхольма в Девоне. Хотя, географически, трое друзей никогда не были так далеко врозь,но как группа, они никогда не были ближе. И для Muse это значило, что у них есть вера для создания музыки, что было больше и смелее.
«За эти годы мы отбросили обилие идей в сторону, думая, что они плохи, что они тупы или просто недостаточны для рока,» объясняет Беллами. «Но когда мы пришли писать Black Holes And Revelations, никакая из этих вещей не уже не казалась важна. Мы стремились к цели, когда мы только не боялись делать что-нибудь.»
Black Holes And Revelations – наиболее независимо честный альбом Muse до настоящего времени. Лиричный Беллами оставил свою охрану и впервые адские муки осторожных историй, вдохновлённые его с жаром сдерживаемые убеждения легли в ряд с мучительной, искренней песней о любви: «Это – первый раз, когда я сумел вложить эти вещи в музыку,» он говорит с гордостью. Охотнее, чем чувствовалось под грузом успеха Absolution, это выглядело их освобождением. «Мы действительно хотели сделать этот альбом отличительным для нас,» говорит Ховард. «Независимо от того, что мы делаем – любое из двух только: вырабатывает звук гитары или подготавливает цельную структуру песни – мы хотели сделать это как можно более экстремальным.»
Black Holes And Revelations – звук группы, ‘опускающий их волосы’ и для начала действительно немного веселиться. «Грязное подобие Принцу (первый альбомный сингл) - 'Supermassive Black Hole', определённо удивил людей,» говорит Беллами радостно. «Это было настолько весело. Эту сторону группы мы не могли взять в первых трёх альбомах: наше стеснение вокруг и постоянный смех.»
Фактически, Muse не строгие, поглаживающие бороду представители славы. Когда очаровательный Беллами подчёркивает самопровозглашённые «неистовые» утверждения с заразным, похожим на гиену, смехом, он доказывает, что группа обладает ироничным самосознанием. «Мы действительно не относимся к себе так серьёзно, как люди думают,» он посмеивается.
Не то чтобы они не хотят использовать это восприятие как их преимущество. В Нью-Йорке недавно они добились для себя захватывающий день в вертолёте по городу после того, как они убедили их лейбл, что астероид должен был упасть в Атлантику в этот день, и что Манхеттен может затопить последующим цунами. «Части кометы пропали в космосе,» говорит Беллами, «и когда я читал о вероятности этого падения на Землю, я подумал: это может создать катастрофу. Но я должен признать,» он продолжает, делая шаловливую улыбку, «я рассматривал несколько подобных дней.»
Muse всегда принимают их доводы за нелепость. «Наши лучшие песни всегда звучали несколько смешными,» говорит Вольстенхольм. «Песни, где мы не имели опасений, выглядят концом вершины. Мы никогда не теряли того бесстрашия и сейчас кажется, что мы заработали немного уважения для этого.» Он прав: несколько открытый разум вызывает уважение смелых амбиций Black Holes And Revelations, но сдавшийся Muse сверхцветной мир хорошо вознаграждён.
В текущем климате поддельные действия подписаны, потому что они звучат как последняя большая вещь, Muse могут стать любимчиками. Команда нашла успех и, недавно, вероятно с компромиссом их музыки или их идей. Люди уже не сравнивают Muse с Radiohead. Как Ховард говорит: «Никто ещё не делает музыку как мы и мы не делаем музыку как кто-то ещё.»
«Мы не достигли вершины рано с этой группой,» он продолжает. «Это всегда было медленное, постоянное развитие. Но это чувствуется, как мы всегда шагаем вверх и продвигаемся. Я всегда радовался за существование на краю мейнстрима. Но я счастливее, чем когда-либо теперь.»
Muse могут доказать свой заслуженный хедлайн любых фестивалей и выиграть критику, но одна вещь не изменилась с их дней в Teignmouth. «Мы – всё ещё аутсайдеры,» Беллами соглашается, с его привычной уверенностью. «И это заставляет чувствовать нас свою абсолютную неприкосновенность.»
'Black Holes And Revelations' и сингл 'Starlight' вышли сейчас на WEA; тур группы по Великобритании назначен на ноябрь.
