Тираж четырех студийных альбомов англичан Muse и одного концертного приближается к 10 миллионам (последний диск "Black Holes And Revelations", который вышел в июле этого года, возглавил хит-парад Англии и попал в Тор 10 США) - сегодня это очень уважаемая группа, музыканты которой среди коллег считаются высочайшими профессионалами. Технику и манеру игры Криса Уолстенхолма отметил сам Пол Маккартни, и это высшая похвала, которой может удостоиться бас-гитарист! Мало кто знает, но начинал Крис как барабанщик, и в Muse попал на место бас-гитариста, не умея играть на инструменте. Мы связались с музыкантом и попросили рассказать обо всем поподробнее.



Как вы вообще оказались в Muse?
Мы все познакомились в школе, когда нам было по пятнадцать лет. Мы жили в городке Тинмут в Девоне, в нашей школе были две стоящие группы - Gothic Plague и Fixed Penalty. В "Готике" я три года играл на ударных, Мэттью и Доминик были лидерами второй группы. Мы выступали в спортзале на боксерском ринге, во время концертов зрители втихаря вкачивались пивом, и, в конце концов, директор разогнал лавочку. Все как-то разом забыли про рок-музыку и стали гонять на скейтах.

И где во всей этой истории Muse?
Так я говорю: все встали на доски, и только мы трое хотели играть рок! И не просто рок, а готический рок! До синевы копировали песни The Senseless Things и The Cure. Потом нам это надоело, и мы начали пробовать писать сами.

Кто "мы"?
Мэтт, Доминик и я. У них без конца менялись бас-гитаристы, а парни уже около года записывались в домашней студии - ну, это мы так называли каморку в доме Мэтта, где был компьютер и усилители для гитары. Да не умею я рассказывать! Чушь какая-то бессвязная получается.

Отлично получается. Как же все-таки вы стали бас-гитаристом и когда возникли Muse?
В общем, я немного тренькал на гитаре и пел бэк-вокал, Мэтт и Дом прознали про это, спросили, не попробую ли я сыграть на басу, я попробовал, ну вот так все и началось.

Бас-гитара у вас была?
В том-то и дело, что нет! Но у меня был друг, чей приятель играл на басу в какой-то группе. В общем, мне перепала старенькая бас-гитара. А потом тогдашняя подружка Мэтта нашла где-то на распродаже бас всего за 50 фунтов, ну вот так.

И Muse начали свою карьеру?
Не, еще не Muse, мы тогда назывались Rocket Baby Dolls. Мы записали демо, которое разослали по всем фирмам. И стали играть везде, где только можно было получить разрешение играть. Нет в Девоне паба, где мы ни выступали бы. Но нас никогда не просили сыграть в одном и том же месте дважды.

Почему?
Потому что в пабе положено играть кавер-версии. А мы уже были сыты ими по горло и лупили какой-то полу-панк.

А вторая половина из чего состояла?
Чего?

Вы сказали, полу-панк, значит, половина - панк, а вторая половина - что?
А, вы об этом. Черт его знает, как это по науке называется, что-то роде вещей Pink Floyd, только с впрыском в них адреналина.

А что плохого в кавер-версиях?
Все! Они убивают вашу индивидуальность. И фантазию. Кавер-версии хороши как учебное пособие, группы и музыканты используют их на первом этапе, когда сыгрываются, ищут собственный звук. А потом они только вредят. Нравятся Nirvana или "битлы", слушайте оригиналы, зачем вам тормозные или, наоборот, стероидные копии?

А на каких кавер-версиях учились вы? Иначе говоря, каких бас-гитаристов вы могли бы назвать своими учителями?
Бас-гитара - это очень специфический инструмент, именно бас, а не ударные, как думают многие, формирует ритм композиции, управляет ее темпом, дает сигнал к импровизации. Поэтому партия баса должна быть очень точной, простой и понятной всем музыкантам группы. Вот я и учился на композициях самых лучших бас-гитаристов, то есть самых точных.

И кто это?
Пол Маккартни, Джон Эдвард из Status Quo, Джек Брюс из Cream, Глен Мэтлок из Sex Pistols, все басисты, которые играли с Джими Хендриксом.

Но это же все довольно разные по технике и стилистике музыканты! Что у них общего?
Это самые надежные бас-гитаристы в мире. И они никогда не выделывались.

То есть?
Самое простое - это массировать гриф бас-гитары, лепить импровизации, как из пластилина. Но это не импровизации, а черт знает что! Труднее всего играть именно то, что в данный момент требует композиция, и играть так, что бы тебя понимали и подхватывали коллеги. Музыканты, которых я перечислил, делают это лучше всех в мире.

А Стинг?
Это совсем другое, Стинг не бас-гитарист.

А кто же?
Не знаю. Он не просто бас-гитарист, он архитектор музыки. И потом: это всегда именно его, лично его музыка. Он пишет партию своего баса для своей композиции, и точно так же он расписывает партии всех инструментов. Это оркестровка. За каждым инструментом, кто бы на нем ни играл, всегда стоит только Стинг. Это другое.

В Muse по-другому?
Конечно! Нам точно интереснее, чем музыкантам группы Стинга.

Почему?
Потому что у нас каждый имеет право фантазировать! А бас-гитарист, увы, это тот, кто первым получает по рукам за свои фантазии.